Аудиторские и
консультационные услуги
Аудиторские услуги
Консультирование предприятий
Консультирование органов власти
Образовательные
программы
Переподготовка муниципальных служащих
Система дистанционного образования
Бизнес-семинары
Муниципальные
исследования
Экономика жилищно-
коммунального хозяйства
Экономика здравоохранения
и образования
Экономика средств
массовой информации
Междисциплинарные исследования
 

Города и реформы
Города и реформы


Реформы и социальные системы

В соответствии с представлениями, которые легли в основу данной работы, социальные системы функционируют подобно организмам. Органическая, эволюционная парадигма не представляет что-то новое для общественных наук - достаточно напомнить работу Нельсона и Уинтера 1. Такая аналогия является скорее семантической, чем реальной - для результатов проведенного анализа неважно, являются ли системы живыми организмами или идеальными абстракциями, которые обладают свойствами, делающими их похожими на живые организмы. Более важно, что такой подход оказывается вполне инструментальным и позволяет выявить существенные взаимосвязи социальных изменений. В противном случае последние остаются незамеченными.

“Социализм”, “капитализм”, “феодализм” и “рабовладение” можно представить как макросистемы 2, характеризующие те или иные способы организации использования человечеством природных ресурсов. В отличие от биологических систем (биоценозов), распад или перерождение которых происходит в связи с обострением дефицита ресурсов (пищи) в прямом смысле, основным ресурсом, используемым социальными системами, является общественное мнение. Скажем, труд рабов, как показывает опыт фашистской Германии и СССР, является не менее производительным, чем труд “свободных наемных работников”, а достижения культуры и науки античного общества во многом остаются непревзойденными и сейчас. Поэтому оптимистичный взгляд на тождество технического прогресса, идей гуманизма и экономический рост, по-видимому, является чрезвычайно упрощенным. Снижение доходов и экономический упадок, естественно, способствуют изменению общественного мнения, однако это в равной степени может склонить общество и к принятию антигуманных ценностей. Вдобавок стоит отметить, что общественное мнение неоднородно: несмотря на доминирование той или иной макросистемы, элементы других систем всегда играют немалую роль как в экономике, так и в общественной жизни в целом. Особенно острые проблемы возникают в переходные периоды (эпохи), когда элементы различных макросистем соседствуют друг с другом. При этом такое болезненное состояние может привести в конечном счете как к укреплению той или иной макросистемы, так и к распаду социальных структур и присоединению “осколков” народа и территории данной страны к другим, более устойчивым национальным экономикам.

Что же в таком случае представляют собой экономические реформы?.. социальные революции? По-видимому, социальные революции имеют место тогда, когда общественное мнение склоняется к полному отрицанию тех институтов, в рамках которых осуществлялось функционирование экономики. Фактически это означает исчерпание системой имевшегося в ее распоряжении ресурса общественного доверия. Одновременно с этим обычно имеет место материальный распад созданного при посредстве этой системы национального богатства. Является ли причиной революции или реформы экономический упадок? По-видимому, последний является необходимым, но недостаточным условием для социальных изменений.

Начатые в восьмидесятые годы реформы в СССР знаменовали общепризнанный теперь кризис доминировавшей социалистической идеологии. Однако, как показывает Я. Корнаи, понимание того, что частичные изменения приводят лишь к эрозии социалистической системы и нарастанию противоречий, очевидно, отсутствовало 3. В свою очередь, переход к “строительству капитализма” в девяностые годы и победа соответствующей идеологии сопровождается сохранением множества противоречий в российской общественной системе. Их можно объяснять сохранением “островов социализма” и требованиями завершения экономических реформ - и в определенном смысле такое объяснение будет справедливо. Но основные экономические реформы - либерализация цен и приватизация предприятий - были проведены еще в течение первого президентского срока Б.Н. Ельцина. Были проведены и необходимые институциональные изменения: с определенными оговорками, в России есть независимая пресса, укрепляется судебная система, совершенствуется государственное устройство. Тем не менее желанного состояния устойчивого и быстрого экономического роста не наступило (если не брать короткий период восстановления после обвальной девальвации национальной валюты).

Системный анализ подразумевает, что исследователь имеет дело с определенными целостностями. Изменения макросистем должны были сопровождаться изменениями в мезоэкономических системах - отраслевых и территориальных рынках. Определенные шаги в этом направлении были сделаны: сформировано законодательство субъектов Федерации и законы, определяющее положение местного самоуправления, ведутся реформы социальной сферы, предпринимаются и реформы естественных монополий. Однако, в отличие от макроэкономических феноменов, мезо- и микроэкономические процессы изучены гораздо хуже. Как предполагается показать далее в данной работе, большинство российских “мезоэкономических” реформ предпринимается в условиях, когда реформаторы совсем не представляют себе, как устроен объект реформирования, и плохо понимают, какой будет мезоэкономическая система после окончания реформы.

Наличие, скажем, “капиталистической” макросистемы и “феодальных” или “социалистических” мезоэкономических систем приводит к необходимости определенной “мимикрии”, “мутации” последних. Это сопровождается, прежде всего, сменой терминов. Например, исчезают понятия “хозрасчет”, “самофинансирование”; появляются коэффициенты ликвидности, рыночной устойчивости, капиталоотдачи. При этом как менеджмент, так и бухгалтерский учет, планирование, организация и технология производства могут оставаться неизменными. Но теперь “социалистическое предприятие” стало “фирмой”, директор превратился в менеджера, предгорисполкома - в мэра, а фининспектор - в налоговика или налогового полицейского. В механизме их работы, в их мотивации может ничего не поменяться. В конечном счете внешняя вывеска “капиталистической” макросистемы может маскировать элементы, адекватные совсем другой экономической среде. Противоречия, которые при этом возникают, зачастую ликвидируют какую-либо возможность реального устойчивого экономического развития: возникает своеобразная экономическая химера. Стоит отметить, что мутируют не только прежние, дореформенные элементы макросистемы. "Ростки капитализма" в таких условиях тоже становятся чудовищно уродливыми: достаточно посмотреть на большинство отечественных банков, не занимающихся кредитованием, страховой бизнес, не страхующий население от большинства рисков наступления несчастных случаев, инструменты фондового рынка, используемые для проведения взаимозачетов, или в массе уже почившие в бозе к середине девяностых так называемые товарные биржи.

Потребности людей в тех или иных благах могут удовлетворять различные экономические системы. Фактически они конкурируют друг с другом за общественное мнение - главный ресурс, который позволяет укрепляться одним системам и уменьшает возможности функционирования других. Крупные институциональные изменения, о которых шла речь выше, должны дополняться микро- и мезоэкономическими. Это не происходит автоматически; попытки же реформирования отдельных подсистем (например, внедрение страхового принципа в финансирование здравоохранения) вступает в противоречие с другими подсистемами (например, с планированием затрат по койко-местам), остающимися неизменными. Как результат, в большинстве элементов, составляющих экономическую систему, не происходит изменений, необходимых для перехода к развитию. По нашему мнению, это - основная причина неудач реформ.

Задачей настоящей работы является анализ того, как экономические реформы преломлялись в городах; другими словами - анализ мезоэкономического среза реформ. Специфика городов, которые сами являются сложными открытыми экономическими системами, также накладывает свои особенности на функционирование отраслей, в которых предпринимались попытки социальных изменений. Более того, те или иные особенности городского сообщества и, соответственно, его общественного мнения также влияют на ход реформ в городе. Тем не менее полученные выводы, кроме специально оговариваемых случаев, являются справедливыми для городов и отраслей в целом.

За границами приведенного в работе анализа остается проблема исследования самих реформ как социальных систем. Проведение крупных реформ требует определенных людей - реформаторов, которые приобретают весьма специфический стереотип поведения. Изобретение (а чаще - заимствование) новых идей общественного устройства, их пропаганда, приход на волне общественного мнения о необходимости внедрения этих идей во властные структуры - это тоже система, обладающая своими менеджментом, финансами, маркетингом, стратегическим планированием, инновациями, PR, материальным стимулированием своих адептов, а также элементами жестких структур - технологии и организации. Само наличие нескольких способов удовлетворения одной и той же общественной потребности является питательной почвой для реформаторов. Скажем, приватизировать, потом национализировать, потом опять приватизировать то или иное имущество можно бесконечно.

Отсутствие некоторых элементов для проведения реформ не является препятствием: например, осуществление пенсионной реформы и переход к введению накопительных счетов в отсутствие фондового рынка и эффективной банковской системы, а также наличие относительно высокой инфляции отнюдь не смущают реформаторов. Постепенно то, что казалось абсолютно неприемлемым общественному мнению, начинает им приниматься - и под это выделяются определенные ресурсы. Таким образом, реформы также являются своеобразными самостоятельными системами, а не состоянием каких-либо “базовых социальных систем”. При этом достаточно большое количество членов таких систем заинтересованы не в успехе реформ, а в том, чтобы они постоянно продолжались.


1 Р. Нельсон, С. Уинтер. Эволюционная теория экономических изменений.

2 Я. Корнаи использует для подобных целей понятие “системной парадигмы”. См. Я. Корнаи. Системная парадигма. // Вопросы экономики, №4, 2002. - с.4-22.

3 Там же, с. 20-21.


Предыдущая часть   Вернуться к Содержанию книги   Следующая часть

 © Лаборатория экономического анализа. При использовании материалов ссылка на ЛЭА обязательна.