Аудиторские и
консультационные услуги
Аудиторские услуги
Консультирование предприятий
Консультирование органов власти
Образовательные
программы
Переподготовка муниципальных служащих
Система дистанционного образования
Бизнес-семинары
Муниципальные
исследования
Экономика жилищно-
коммунального хозяйства
Экономика здравоохранения
и образования
Экономика средств
массовой информации
Междисциплинарные исследования
 

Образовательная стратегия ОГТУАТЭ и ее влияние на ситуацию на рынке образовательных услуг Калужской области
Борисов А. М.

Образовательная стратегия ОГТУАТЭ и ее влияние на ситуацию на рынке образовательных услуг Калужской области


Позиционирование новых вузов на рынке и стратегии их рыночного поведения в значительной степени зависели от рыночного позиционирования и стратегии Обнинского Института Атомной Энергетики (ныне ОГТУАТЭ) - единственного “исторического” и доминирующего вуза региона. Структурообразующая роль ИАТЭ для рынка услуг высшего образования Северо-востока Калужской области обусловлена не только тем, что за прошедшие годы ни один вновь созданный вуз не смог даже приблизиться к ИАТЭ по размерам и репутации, но и тем, что вновь создаваемые вузы ориентировались на ниши, которые ИАТЭ оставлял свободными, а также, в большей или меньшей степени, на преподавательские ресурсы ИАТЭ. Поэтому на рыночном позиционировании и рыночной стратегии ИАТЭ следует остановиться подробнее.

На протяжении всего постсоветского периода ИАТЭ ориентировался на то, чтобы продолжать быть атомно-энергетическим отраслевым, а не региональным вузом, отраслевым техническим университетом, а не региональным многопрофильным университетом. Это была не просто позиция руководства ИАТЭ при двух ректорах - это был выбор всей обнинской атомно-энергетической элиты, из которой, собственно, и рекрутировалось руководство “исторического” обнинского вуза (и в этом смысле характеристику ИАТЭ как “исторического” вуза нельзя сводить только к тому, что это старейший вуз города и рассматриваемого региона - это еще и единственный вуз, “встроенный” в тот проект, который породил и развивал Обнинск еще в советскую эпоху, который соответствует обнинской городской мифологии, в т.ч. тому представлению об Обнинске как наукограде, которое существует не только у обнинского обывателя, но и у обнинской естественнонаучной и технической элиты, сформировавшейся еще в советскую эпоху). Позиционирование ИАТЭ как отраслевого атомно-энергетического вуза (включая набор вспомогательных кибернетических и естественнонаучных специальностей) сложилось еще в советскую эпоху, и продолжение этой стратегии было вполне осознанным выбором руководства ИАТЭ даже в тот момент, когда конъюнктура на рынке образовательных услуг складывалась таким образом, что ставила под сомнение правильность и реализуемость этой стратегии.

В начале 90-х годов ИАТЭ столкнулся со значительным падением числа абитуриентов и их качества, что было проявлением общего падения интереса к высшему образованию на заре российского “дикого капитализма”. В ту пору единственной группой абитуриентов ИАТЭ, размеры которой стабильно росли как абсолютно, так и относительно, была группа выходцев из районов ближайших окрестностей Обнинска -Боровского, Жуковского и Малоярославецкого. К середине 90-х годов доля этой группы среди абитуриентов ИАТЭ превысила 25% от их общей численности ( на кибернетических специальностях - чуть выше, на энергетических - чуть ниже) и стала сравнимой с долей каждого из основных сегментов, на которые традиционно ориентировался ИАТЭ при наборе студентов - абитуриентов из Обнинска и из “атомных” городов. Однако руководство ИАТЭ не сделало из этого вывода о том, что данный абитуриентский сегмент становится важным для вуза. Более того, часть администрации ИАТЭ была озабочена тенденцией роста числа и доли абитуриентов из ближайших районов как явлением сугубо негативным, поскольку полагала, что она означает снижение стартового уровня подготовки студентов по математике и физике и создает дополнительные сложности в их обучении. Между тем, уровень подготовки абитуриентов из ближайших окрестностей Обнинска, если судить по результатам вступительных экзаменов, как минимум, не уступал уровню подготовки студентов из городов размещения атомных станций. Кроме того, существовала очень серьезная разница в уровне подготовки абитуриентов, скажем, из Боровска и Балабанова, которую руководство ИАТЭ не хотело замечать. Нежелание руководства ИАТЭ относиться к работе с абитуриентами из ближайших окрестностей Обнинска как к важному направлению особенно контрастно смотрелось на фоне тех мер, которые делались для борьбы за абитуриента традиционных сегментов (расширение ФТШ, выездные экзаменационные комиссии, целевые договоры и т.п.). Такое отношение можно рассматривать как проявление общей для элиты закрытых и полузакрытых городов тенденции относиться к населению окрестных территорий как к “туземцам”. Это явление описано В. Каганским на примере Арзамаса-16, но типично и для других “атомных” городов, в т.ч. и Обнинска, хотя и в менее резко выраженных формах. Со второй половины 90-х годов, когда конкурс при наборе в ИАТЭ вновь вырос, вопрос об отношении к абитуриентам из ближайших окрестностей Обнинска потерял актуальность.

Сказанное выше не означает, что руководство ИАТЭ не стремилось в 90-е годы к определению своих приоритетов в региональных рамках. Но для понимания этих приоритетов важно, что “регион” при этом понимался в формально-административном смысле, как единица АТД РФ “Калужская область” с характерным пониманием региона как выделенной пространственной единицы с концентрацией власти и иных региональных ресурсов в центре. Поэтому региональные приоритеты ИАТЭ касались выстраивания отношений с областной властью и использования калужских ресурсов для реализации своих проектов там, где собственных ресурсов было недостаточно (например, сотрудничество с Калужским педагогическим институтом при запуске работ по специальности “психология”).

Открытие новых специальностей в ИАТЭ в 90-е и 2000-е годы диктовалось доступом к тем ресурсам, который обеспечивал ИАТЭ его особое место в научно-производственном комплексе Обнинска и связи его руководства с руководством городских НИИ, и стремлением выстроить коммерчески выгодное использование этих ресурсов. В частности, была возможность привлечения уже имеющихся кадров из ИАТЭ и других городских НИИ для открытия специальностей психологического и экологического направлений. На формирование сколько-нибудь масштабного и качественного предложения образовательных услуг в этих направлениях не мог пойти ни один из вузов нового поколения, прежде всего, в силу очевидного отсутствия кадровой и материальной базы. В то же время под эти специальности четко просчитывалась ниша потребительского спроса - традиционные специальности ИАТЭ были либо специальностями “для мальчиков”, либо “фифти-фифти”, а в условиях роста социальной необустроенности в стране и резкого вздорожания жизни в Москве все меньшее количество обнинских родителей было согласно отпускать своих дочерей на учебу в Москву или Калугу. Таким образом, спрос на “девичьи” специальности в обнинском образовании рос, и ИАТЭ постарался предложить не просто “девичьи” специальности, а те, по которым конкурентов среди других обнинских вузов у него быть не могло. В то же время перспективы обучения значительной части студентов(к) по этим специальностям на коммерческой основе были вполне просматриваемыми, что и подтвердило последующее развитие событий.

Иначе складывалась ситуация вокруг открытия в ИАТЭ специальностей экономического направления. С одной стороны, резкое изменение ситуации в структуре спроса на образовательные услуги в начале 90-х годов и ажиотажные ожидания по поводу “экономистов” и “юристов” имели такие масштабы, что не реагировать на них было невозможно. С другой стороны, в структуре ИАТЭ была общеобразовательная экономическая кафедра, объединявшая потенциально наиболее квалифицированных преподавателей данного направления в Обнинске и его окрестностях (аналогичной юридической кафедры не было). С третьей стороны, эти преподаватели - “экономисты” сами стремились к открытию новых специальностей экономической направленности, проявляя большую активность, и было ясно, что, если “экономическая специальность” не будет открыта внутри ИАТЭ, эти люди откроют ее вне ИАТЭ, что было, в перспективе, чревато уходом значительной части коллектива кафедры из ИАТЭ и срывом “экономической” составляющей общеобразовательного процесса по другим специальностям. Наконец, с четвертой стороны, лидеры этой группы “экономистов” смогли договориться с руководством ИАТЭ, принявшем идеологию, что “экономическая специальность” в Обнинске должна развиваться по принципу “и в ИАТЭ, и в других вузах”, а не по принципу “либо в ИАТЭ, либо в других вузах”. Это обеспечило достаточно ранний старт проекта по экономическому образованию в ИАТЭ по сравнению с появлением других вузов. Но для руководства ИАТЭ, сохранявшего свою принадлежность к “атомной корпорации” и осознававшего, что те, кто будет работать с проектом по экономическому образованию, заведомо к этой корпорации не принадлежат, “экономическая специальность” не была стратегически приоритетной, несмотря на всю ее коммерческую привлекательность. Это был, скорее, способ коммерческой эксплуатации репутационного превосходства ИАТЭ над другими вузами региона. Лучшее тому подтверждение - отсутствие осмысленной кадровой стратегии, обеспечивающей развитие “экономической специальности” в ИАТЭ.

Характерно, что в создании большинства вновь появившихся вузов ключевую роль играли люди, имевшие опыт преподавательской и административной работы в ИАТЭ. Это оказалось возможно как реализация установки руководства ИАТЭ “и - и”, а не “либо - либо”. С другой стороны, наличие таких связей позволило использовать профессорско-преподавательский и учебно-вспомогательный персонал ИАТЭ как ресурс для развития этих вузов, выстраивая компромиссные стратегии и не доводя дело до агрессивно-враждебных форм конкуренции с сильнейшим вузом за счет разграничения приоритетных ниш и понимания рамок дозволенного. Но тема “неявных контрактов” между ИАТЭ и другими вузами по поводу “экономической специальности” требует достаточно тонкой методологии и дополнительных исследований.

Система работы одного преподавателя в разных вузах ( известны случаи работы одного преподавателя в 5 вузах при звонковой нагрузке более 30 часов в неделю) начала выстраиваться в первой половине 90-х годов именно как система совмещения работы в ИАТЭ с работой в других вузах. Сейчас ситуация уже иная, и число преподавателей, занятых в нескольких вузах, но при этом не работающих в ИАТЭ, можно оценить уже в несколько десятков. Но эта система не могла бы сложиться, если бы не лояльное отношение руководства ИАТЭ к работе своих преподавателей в других вузах по совместительству. На зимних конференциях профессорско-преподавательского состава ИАТЭ во второй половине 90-х годов неоднократно раздавались голоса радикально настроенных преподавателей, что необходимо ограничить возможности работы по совместительству в других вузах, т.к. такая работа негативно отражается на качестве учебного процесса в ИАТЭ и подрывает позиции ИАТЭ в конкуренции с другими вузами, и запретить возможность использования преподавателями ИАТЭ в других вузах учебных программ и материалов, разработанных ими в ИАТЭ и для ИАТЭ, поскольку это - интеллектуальная собственность, в создании которой участвовал ИАТЭ и использование которой на стороне наносит ущерб коммерческим интересам ИАТЭ. Однако как со стороны подавляющего большинства преподавателей - участников конференций, так и со стороны администрации эта тема поддержки и развития не получила. Более того, к настоящему времени администраторы ИАТЭ, занятые непосредственно организацией учебного процесса (уровень деканатов и учебного отдела) полагают, что работа преподавателей по совместительству в других вузах есть средство сохранения преподавательского состава в условиях достаточно низкой оплаты труда, и готовы мириться с издержками в качестве преподавания, связанными с работой по совместительству.

Существенное снижение степени автономности Обнинска по отношению к областному руководству в начале 21 века, а также изменение государственной политики по поводу высшего образования, связанное с передачей функций на региональный уровень, ставят ОГТУАТЭ перед необходимостью определения своей стратегии в ситуации, когда значимость региональной рамки в хозяйственной, политической и других средах ОГТУАТЭ значительно возросла. Однако пока следствия такого изменения ситуации на региональном рынке высшего образования не просматриваются.


Вернуться в Архив публикаций  

 © Лаборатория экономического анализа. При использовании материалов ссылка на ЛЭА обязательна.